Дневник Наринэ (greenarine) wrote,
Дневник Наринэ
greenarine

Categories:

Манюня или проводы Электроники

Строительнкая техника, появившаяся на пустыре через дорогу, не давала покоя никому. Люди гадали, что же такое будет возводиться в непосредственной близости от нашего дома. Так как рабочие хранили по этому поводу гордое молчание, версий в воздухе роилось множество – от недопустимого для сейсмической зоны многоэтажного дома до завода по производству синтетических каучуков. Народ волновался и всячески негодовал. К вечеру второго дня ситуация накалилась до такой степени, что стали раздаваться призывы к действию: одни предлагали незамедлительно идти убивать главного архитектора городка Мартина Антоняна, другие – под покровом ночи обратно закапывать котлован.

К счастью, на третий день Мартин Антонян явился на стройку собственной персоной, и объяснил взбудораженному населению, что на месте пустыря будет возводиться новая двухэтажная аптека. А вокруг аптеки планируется разбить небольшой сквер, где горожане смогут проводить разнообразный культурный досуг. В подтверждение своих слов архитектор разворачивал какие-то рулоны с чертежами, активно ходил ушами и для пущей убедительности клялся мамой. Чем и спас себя от линчевания.

Едва жители нашего дома вздохнули с облегчением, как случилась новая напасть – бульдозер, роющий котлован, зацепил ковшом и вытащил на поверхность кувшин с серебряными монетами.
Что тут началось!!!
День-деньской в новоиспечённом Клондайке рылась вся дворовая мелочь нашего квартала. Дети приходили со своим инструментами – лопаточками, ведёрками и ситечками, и, в надежде найти хоть какой кусочек сокровища, просеивали каждый сантиметр выкопанной земли. Так продолжалось до тех пор, пока фундамент будущей аптеки не залили цементом. Копаться стало решительно негде, и золотоискатели, не солоно хлебавши, разбрелись по домам. А жаль. Учитывая, с каким остервенением дети ковырялись в земле, не исключено было, что они доковыряются до какой-нибудь архиважной фигулины. Глядишь, эта фигулина взяла бы да изменила традиционное представление о человеческой истории!


А так повезло только бульдозеристу Акопу. На премию, которую выписали ему на работе, он бегом купил себе мотоцикл с люлькой и в одночасье из простого пролетария превратился в завидного жениха с престижным по горным меркам транспортным средством. В Берде тут же нарисовалась волнительная тенденция – подёрнутые временем девицы на выданье, облачившись во всё самое лучшее, в течение всего Акопова рабочего дня ходили по периметру стройки, усиленно делая вид, что на бульдозериста им наплевать с высокой колокольни.

-Слышь, Райка,- говорила одна соперница другой, изящно сплёвывая лузгу от семечек в кулак,- а погодка-то жаркая! Смотри, чтобы тебе голову не напекло!
-Ты о своей голове лучше думай,- активно гримасничая, хрустела кислой алычой Райка,- пустой черепушке раз плюнуть перегреться!
Жители нашего дома с большим любопытством наблюдали столпотворение девиц и гадали, кого же из них выберет новоявленный горный мачо Акоп. Но Акоп размениваться не желал. Акоп, напялив на голову строительную каску, гордо рассекал по Берду на своём железном коне и распугивал всю окрестную живность его немилосердным кряхтением.
-Зачем мне местная невеста, если я могу позволить себе любимую из Еревана или, на худой конец, Дилижана!- тщеславно думал он.- Я теперь парень хоть куда, и в люльке моего мотоцикла сочтёт за честь прокатиться любая городская красотка в юбке-мини и лаковых сапогах на платформе!

И пока Акоп мечтал о городских красотках в юбке-мини и лаковых сапогах на платформе, а местные красотки, начесав себе давно уже неактуальные халы, наматывали круги по периметру стройки, вокруг припаркованного в нашем дворе Акопова мотоцикла разворачивались душещипательные сцены.

Если кто помнит, моя сестра Каринка всю свою жизнь мечтала о мотоцикле.
-Вырасту – обязательно себе куплю такой же,- заявляла она, провожая влюблёнными глазами очередное тарахтящее и отчаянно чадящее чудо техники.
-Ну зачем, ну зачем тебе мотоцикл?- удивлялись мы.- Неужели не о чем тебе больше мечтать?
-Не о чем! Да и некогда. Я вон о мотоцикле мечтаю,- упрямо хмурилась Каринка.
-Этот ребёнок ещё покажет нам, где раки зимуют,- горестно вздыхали папа с мамой.
Сестра угрюмо отмалчивалась, и, не находя поддержки среди близких, всяко отыгрывалась на окружающей действительности, нанося своими варварскими выходками огромный урон родной семье, городу, стране, да и мирозданию в целом.

При виде новенького трёхколёсного мотоцикла сестра окончательно потеряла покой. Она не спала ночами, и маялась днями. Она даже бросила рыть подкоп из нашего подвала в соседний, хотя раньше уверяла, что там полно кувшинов с золотом, вот только доберёмся до них и мигом разбогатеем. Мы с Манькой, её преданные оруженосцы и землекопатели, всячески взывали к её совести и увещевали вернуться к подкопу – по нашим расчётам, копать осталось всего ничего, буквально полметра. Но в бетонной стене. За неделю упорной работы мы неплохо продвинулись вперед, проковыряв металлической штуковиной, угнанной на свой страх и риск со стройки, основательную ямку. С такими темпами, глядишь, к концу лета мы добрались бы до золота!
-А там покупай на это богатство хоть сто тыщ мотоциклов!- говорили мы Каринке.
Но Каринка не слушала нас – день-деньской она ходила вокруг Акопова мотоцикла и любовно гладила его по выступающим частям экстерьера. Открутить какую-либо штуковину и унести домой ей и в голову не приходило, настолько велик был пиетет к трёхколёсному чуду техники.

Древняя берберская поговорка гласит – когда ослабевает лев, голову поднимают шакалы. Это я к чему? Это я к тому, что как только Каринка позволила себе немного расслабиться и отвлечься на мотоцикл, тут же активизировался Рубик. И в той части двора, которую не покрывала ПРО Каринкиной рогатки, он стал всяко кочевряжиться и демонстрировать свою ничтожную сущность, обзывая нехорошими словами девочек, колотя мальчиков и отнимая игрушки у мелкотравчатой детворы. Страшно даже подумать, чем бы закончился такой диссонанс в пищевой цепочке нашего дома, не случилась история с бельевым столбом.
А так случилась эта история и всё счастливо вернулось на круги своя.

Наверное, кто-то из вас не знает, что такое бельевой столб, поэтому я быстренько объясню.
Бельевой столб – это длинная, выстой в наш пятиэтажный дом железная труба, вбитая в землю прямо за гаражами. На уровне каждого этажа к этой трубе приварены крутящиеся ролики. Такие же ролики приварены к крепежам возле кухонных окон квартир. В ролики вдевалась прочная бельевая верёвка, на которой хозяйки развешивали стирку. И по тому, как они развешивали стирку, сразу можно было вычислить, кто из них бестолковая хозяйка, а кто толковая.

Потому что если бельё подсинено неравномерно и накрахмалено так, что торчит колом и затаскивать его в окно приходится всей семьей, то хозяйка из тебя совсем никудышная. А если бельё слегка подсинено, и накрахмалено в меру, и колышется аккуратным рядком, наволочка к наволочке, и пододеяльники надуваются парусами, а полотенца выстроились правильной шеренгой – от самых длинных до самых коротеньких, то такой хозяйке почёт и уважение. И прищепки, безусловно, должны быть в одну масть, а не синенькая, следом жёлтенькая, а потом красненькая. Это же не ёлочная гирлянда, а серьёзная стирка, можно даже сказать – визитная карточка каждой хозяйки. Поэтому прищепки (по-нашему шпильки), покупались с особенной тщательностью, не выбивались из общей цветовой гаммы и хранились как зеница ока в специальных ящичках под кухонными подоконниками.

Бельевой столб служил верой и правдой нашему дому до той поры, пока на пустыре не затеяли стройку. Видимо, активные строительные работы сделали своё чёрное дело, «растрясли почву», и однажды утром столб накренился и рухнул со всей своей высоты на крышу гаража тридцать второй квартиры. Не случись на его пути этого гаража, он бы въехал в окно какой-нибудь квартиры и устроил там сокрушительный тарарам. А так он культурно свалился на гараж и основательно подмял его крышу. А стоящий рядом с гаражом Акопов мотоцикл оказался под грудой колотого шифера, который дождём посыпался с покорёженной крыши.

Катаклизм случился утром. Аккурат тогда, когда мы воевали с яичницей – мама решила, что её дети вполне уже созрели, чтобы есть культурно, помогая себе ножами. Когда свалился бельевой столб, Каринка, громко возмущаясь "зачем нам это надо", пятый раз подбирала с пола упавший нож.
-ДУДУМММММ!- раздался ужасающий грохот.
-Дудумммммм!- это Каринка, резко выпрямившись, ударилась головой об стол.- Что это было?- выпучилась она.

Мы кинулись к окну и ойкнули – посреди двора подпиленной мачтой торчал рухнувший столб, кругом были раскиданы оборвавшиеся бельевые верёвки вперемешку с бельём, а гараж тридцать второй квартиры выглядел так, словно получил сокрушительный щелбан. Это было настоящее бедствие не только для Акопа и владельца гаража дяди Володи, но и для хозяек. Им пришлось бегать по двору с тазиками наперевес, собирать испачканное бельё, перестирывать его ещё раз, а потом обзванивать знакомых и родственников и выяснять, у кого можно его высушить.

Как раз в тот день мама затеяла большущую стирку. Хорошо, что она не успела её развесить, а то пришлось бы и нам бегать по двору и сдирать с верёвок пододеяльники и наволочки. А так мама сначала поохала, глядя на катаклизм, развернувшийся под нашими окнами, потом аккуратно распределила бельё по пакетам, загрузила Сонечку в коляску, и мы всей честной компанией потопали к Ба. К тому моменту, когда мы вышли из дому, во дворе уже бушевал митинг из оскорблённых до глубины души домохозяек, готовых прямо сейчас отправить к праотцам нерадивого архитектора Антоняна.

На Акопа было больно смотреть – он бегал вокруг разбитого мотоцикла и выдирал пучками волосы на голове. Чуть поодаль проводили консилиум рабочие со стройки. Одни предлагали подогнать кран, чтобы убрать с крыши гаража трубу, а другие – дождаться приезда прораба. Каринка сбегала к мотоциклу, вернулась с квадратными глазами и рассказала, что пострадали фары, сиденья и даже люлька.
-Бедный Акоп,- сокрушалась она.- Теперь ему придётся продавать мотоцикл, чтобы отремонтировать его.
-Это как?
-Я тоже не очень поняла, но он бегал вокруг мотоцикла и приговаривал – теперь, чтобы его отремонтировать, надо продать. Видимо, с ума сошёл от горя.
-Видимо да,- вздохнула я.

-Потому что он не хранил его в сумоцке. А если бы хранил в сумоцке, то такое не случилось бы,- неожиданно подала голос Гаянэ.
-Что он должен был хранить в сумочке?
-Мотоциклу свою, вот что!
Мы с Каринкой переглянулись, но ничего не стали говорить – ну что тут скажешь? А довольная своей проницательностью Гаянэ с нежностью погладила сумочку, и важно поправила ремешок на плече.

Сумочка была предметом бесконечной гордости нашей сестры – достаточно вместительная, тёмно-бордовая, с медно-рыжей, воинственно торчащей застёжкой. Однажды Гаянэ съездила с мамой и папой в гости к папиному бывшему однокурснику, и вернулась оттуда, взволнованно прижимая к груди эту сумочку.
-Смотрите, что мне подарили!- повертела она перед нашими вытянувшимися физиономиями своим богатством.
Мы обстоятельно исследовали подарок. Внутри он был ещё краше – два вместительных, обшитых белой хрусткой тканью отделения, кармашек с молнией на боку и вышитый золотыми буквами ярлык.
-Тётя Эля сказала, что устала от этой сумоцки, и отдала её мне,- радовалась сестра.- Теперь я с нею буду куда угодно ходить – и в гости, и в кино, и в… и в ресторан!
-Быгага! Ресторан,- покатились мы с Каринкой.- Ну ты и скажешь. В ресторан! Кто тебя туда пустит!

На самом деле нам было не смешно, и даже очень завидно – настоящая взрослая женская сумочка досталась не нам, а четырёхлетней Гаянэ. Разве это справедливо? Мы даже попытались под шумок отнять её у сестры, но она подняла такой крик, что мигом прибежали взрослые и отругали нас за безобразное поведение.

Обращалась с сумочкой сестра очень бережно – выгуливала только в гости, а в свободное от светских визитов время хранила в запирающемся на ключ секретере. В одном отделении сумочки лежали крошечная расчёска, пустая, зато вкусно пахнущая баночка из-под монпансье, железный рубль и помятая фотография. На этой фотографии Гаянэ сосредоточенно терзала в руках соску, держа в зубах погремушку. В другом отделении сумочки хранились исписанная каракулями записная книжка, зелёный карандаш и, внимание! – спичечный коробок. Бьюсь об заклад, что вы ни за что не догадаетесь, что лежало в этом коробке! Готова поспорить на сто тысяч миллион титильон рублей. На гугол рублей! На восемь гуголей! Ладно, не буду вас томить, расскажу сразу. Всё равно не догадаетесь. В коробке из-под спичек Гаянэ хранила таблетку тетрациклина. Розовенькую, кругленькую, всю из себя глянцевую таблетку, которую она выпросила у мамы, предварительно поклявшись, что никогда не станет её есть.

На вопрос зачем ей таблетка сестра всегда давала разные ответы. Сегодня она говорила, что таблетка для «возмозных перемен», завтра – «чтобы глаза были пупырцатые», а послезавтра вообще могла сказать, что таблетка для того, чтобы луна была круглая. Точка.
-Этот ребёнок передаёт какую-то шифрованную информацию из космоса, а мы не можем её разгадать,- смеялся папа.
-Дадада!- важно кивала Гаянэ, доставала из сумки блокнот и вносила туда очередную запись каракулями.
-А что ты написала?- любопытствовал папа, осторожно заглядывая через плечико дочки в блокнот.
-Погоду,- безмятежно отвечала Гаянэ.- Завтра будет туман, ветер северо-юзный. Девяносто восемь градусов. Местами снег.
-Прямо-таки снег?- прятал улыбку папа.
-Ладно, лёд,- охотно шла на уступки сестра.

Если Гаянэ предпочитала ходить в гости только с сумочкой через плечо, то Сонечка, отправляясь на прогулку в коляске, требовала обязательного музыкального сопровождения. Обязательное музыкальное сопровождение обеспечивал ей радиоприёмник Электроника. Без радиоприёмника наша младшая сестра наотрез отказывалась залезать в коляску. Однажды, только однажды мама настояла на своём, усадила упирающуюся дочку в коляску и пошла выгуливать её по периметру двора. Прибежала она ровно через пять минут с насквозь зарёванной Сонечкой на руках. Потому что ор, который подняла сестра, обнаружив себя а) на улице, б) в коляске и в) без Электроники, разбудил в далёком Китае знаменитое терракотовое войско императора Цинь Шихуанди и вызвал торнадо в Американском штате Огайо. Больше на такие эксперименты с Сонечкой мама не решалась.

Поэтому покидали мы двор традиционной весёленькой кавалькадой. Впереди, под звонкое Пугачёвское «Арлекино», катилась цвета весенней травы коляска Сонечки. Периодически «Арлекино» прерывался сводками новостей – шфшшшш… нском аэропорту сделал аварийную посад… шфшшшш… голодающие африканские стр… шфшшшш… редаём концерт по заявкам труж… хшфшшшш… говорит Москва!

Рядом с мамой, буквально вцепившись в подол её юбки, шествовала Гаянэ. Сестра важно задирала к уху плечо, на котором болталась сумочка, а для верности прижимала её к боку локтем и периодически оборачиваясь, бросала грозные, предостерегающие взгляды на нас. Чтобы мы вдруг не покусились на её богатство.

А замыкали шествие, делая вид, что не имеем к нему вообще никакого отношения, мы с Каринкой. Горожане при виде нашей кавалькады совершенно не удивлялись, и, перекрикивая немилосердное шипение радиоприёмника, пытались заводить с мамой светские беседы:
-Надя-джан, смотрю вы в гости собрались?
-Шфшшшш… кровопролитной вьетнамской вой…
-В гости!!! К Розе Иосифовне!!!
-Шфшшшш… нужно быть смешным для всех!
-Ооооо, кланяйтесь ей от нас!

Ба была несказанно рада нашему приходу:
-Надя, развешивай бельё, а потом поможешь мне с цукатами, а то я замучилась одна возиться!
-Ура, цукаты!- запрыгали мы. Цукаты, которые делала Ба, были невероятной, восхитительной, просто фантастической вкусноты. Съедались они в момент, зато на готовку требовали бесконечной возни и терпения.

Для начинки Ба обжаривала в большой чугунной сковороде фундук, шелушила его, потом перетирала в ступке. Далее она добавляла в орехи сахарного песка, корицы, ваниль, совсем чуть гвоздики.
Ставила в большом медном тазу вариться густой сироп. Пока сироп закипал, Ба начиняла ореховой смесью груши. Для цукатов покупались чуточку недозрелые плоды сорта «Дюшес летний». Ба выковыривала острым ножом чашечку и сердечко груши и начиняла её ореховой смесью. Важно было сохранить за грушами хвостик, потому что потом за эти хвостики их опускали на несколько секунд в кипящий сироп и укладывали аккуратными рядами на подносы. Далее груши накрывались марлевой тканью (от мух и других насекомых) и сушились в тенёчке. Через три часа процедура повторялась – груши на несколько секунд окунались в кипящий сироп и обратно выставлялись во двор. После десятного-двенадцатого захода плоды покрывались вязкой карамельной плёнкой. Пахли они просто умопомрачительно – сладко-пряным и ореховым, и ничего, кроме преступного желания незамедлительно сожрать их, не вызывали.

Скоро утомлённая путешествием Сонечка спала в коляске под тутовым деревом. Шшшш, шумел ветер в листьях, убаюкивая нашу упрямую младшую сестру, пха-пха-пха, хлопали крыльями развешенные на верёвках влажные пододеяльники. Гаянэ, путаясь под ногами взрослых, выдавала очередные космические шифровки, а мы с Каринкой и Манюней по возможности тихо ковырялись в Маниной комнате. Выводить из себя Ба, когда она готовит цукаты, себе дороже. Потому что довести дело до «господибожемоя» любой дурак может. А попробуй жить дальше, когда отгрохотал «господибожемой»! С Чебурашкиными ушами, например, или с постоянным «Вечерним звоном» в голове после сокрушительного, метко пригвоздившего тебя к земле фирменного подзатыльника!

Поэтому сегодня мы вели себя очень даже благопристойно. Сначала вообще культурно сидели за Маниным письменным столом и разговаривали за жизнь. В частности – рассказывали Мане, как рухнул бельевой столб.
-Ах-ах,- заломила она руки, дослушав наш рассказ,- как обидно, что я этого не видела!!! Прямо весь свалился? Прямо выдрался из земли?
-Я тебе дело говорю! Рухнул с концами, подмял под себя крышу гаража и оборвал все верёвки!- убедительно ходила я бровями.
-И мотоцикл Акопа сломал!- покачала головой Каринка.- Теперь, чтобы его отремонтировать, надо будет сначала продать.

Манька слушала нас с совершенно несчастным видом.
-Это всё Ба! Я хотела прямо с утра прийти к вам, а она не дала. Нечего, говорит, в такую рань к людям ходить! Какая рань, когда на часах уже восемь?!
-Ну, мы ведь всё тебе рассказали, ничего не пропустили,- попыталась утешить её я.
-Нарка, ты ваще соображаешь что говоришь?- рассердилась Манька.- Одно дело вы рассказали, а другое дело я сама всё своими глазами бы увидела!
-Или ушами!- вставила Каринка.

Мы дружно захихикали. Шутки типа «услышать глазами» или «увидеть ушами» ходили в наших семьях давно. Всему причиной была Ба – если по радио передавали интересную передачу, она первым делом надевала очки. И по телефону тоже разговаривала только в очках. «Мне так лучше слышно»,- объясняла она.
Дядя Миша по этому поводу постоянно сыпал шутками.
-Ма, а представь, что ты на звонок отвечаешь не только в очках, но и в ластах? Глядишь, в таком виде ты собеседника не только хорошо слышать, но и видеть будешь. Давай попробуем!
-Я тебе, негодник, попробую так, что мало не покажется, ясно?!- грохотала Ба.
-Вот ты зря ругаешься!- не унимался дядя Миша.- Потому что если ласты, очки, да ещё половник в руках – то это передатчик межгалактической мощности! Практически наш ответ Чемберлену!
Кто этот таинственный Чемберлен, мы не знали, но то, что Ба может ему ответить и без половника и ластов, вообще не сомневались. Один фирменный подзатыльник – и этот ваш Чемберлен тихонечко дозревает в углу!

Десять минут светского разговора утомила нас донельзя. Поэтому мы решили заняться чем-нибудь полезным. Для начала залезли в Манькин шкаф, закрылись изнутри и за считанные минуты устроили там сокрушительный беспорядок. Потом вывалились наружу и для порядка подрались на полу. До смертоубийства дело не дошло, потому что налетела Ба, оттаскала нас за уши и велела вести себя по-человечески.
-Нам скучно!- заскулили мы.
-Скучно – почитайте что-нибудь.
-Баааааа!
-Поиграйте на заднем дворе!
-Жааарко!
-Тогда утопитесь в речке, что вы от меня-то хотите?!- рассердилась Ба.
-Можно на речку?
-Нет!
И тут я допустила роковую ошибку.
-А можно, пока Сонечка спит, мы возьмём Электронику? Послушаем музыку.
Ба крепко задумалась лицом.
-А если блок питания разрядится? Вы же провод не взяли с собой?
-Не взяли. Но мы совсем чуть-чуть послушаем.
-Ладно. Только сначала спросите Надю.

Мама металась по кухне между кипящим сиропом и подносами.
-Не подходите близко, тут горячий сироп на плите!- крикнула она. Мы замерли на пороге. Все кухонные поверхности были заставлены подносами с грушами. Пахло так, что пчёлы из соседних пасек сходили с ума за занавешенными марлей окнами. Гаянэ сидела за столом и с важным видом грызла огромную морковку.
-Хотите морковки?- подвинув нас рукой, прошла на кухню Ба.
-Потом,- дипломатично ответили мы. Ба нужно отказывать умеючи, потому что если ты ей скажешь «нет», она тут же всучит тебе морковь, если скажешь «да», опять же получишь морковь, а если скажешь «потом», то есть маленькая надежда, что она через какое-то время забудет о ней.
-Мам, можно мы возьмём радиоприёмник?
-Берите, но ненадолго, блок питания на последнем издыхании.
-Мы послушаем всего десять минуточек. Не больше!- заверили мы и, забрав Электронику, потопали наверх.

-Я придумала, как надо по-умному поступить!- шепнула нам с заговорщицким видом Каринка.
-Как?- мы с Манькой навострили ушки.
-В дядимишиной комнате проводов видимо-невидимо. Так?
-Так.
-Мы сейчас подберём к приёмнику какой-нибудь подходящий провод и подключим в розетку. И можем слушать музыку, сколько нам влезет.
-Ура!- обрадовались мы.

Дядимишина комната находилась в самом конце коридора. Мы бесшумно пробрались туда, вытащили из-под стола коробку с проводами и принялись ковыряться в ней.
-Нам надо, чтобы с одного конца был штепсель, а с другого – такая штучка с тремя торчащими круглыми штучками,- доходчиво объяснила нам Каринка.

Пять минут остервенелого ковыряния в коробке – и у нас четыре подходящих для приёмника провода.
-Как хорошо, что у меня папа инженер!- радостно потирала руки Манька.- Любых проводов полная коробка.
-Угум,- кивнула я.- У вас дома проводов много, а у нас – разных зубных фигулин, пинцетов там, или этих, как его?
-Клещей?- услужливо подсказала Манюня.
-Ага, клещей.
-Повезло нам с папами, что уж там,- крякнула Каринка и перетащила Электронику на дядимишину кровать.
Мы с Манькой убрали коробку под стол, и, затаив дыхание, принялись следить, как Каринка подключает приёмник.

Первый провод втыкаться в Электронику категорически не захотел.
-Значит, это не его провод,- авторитетно заявила Каринка и взялась за второй. Второй провод тоже отказался втыкаться в разъём.
-Спокойствие, только спокойствие,- тоном Карлсона успокоила нас сестра и потянулась за третьим проводом. Третий провод воткнулся в приёмник очень здорово, словно для этого и был создан.
-Внимание!- протрубила Каринка и жестом фокусника вставила штепсель в розетку.
-Бабах!- оглушительно грохнула Электроника и покрылась сизым облачком зловонного дыма.
Мы с Манькой похолодели. Сестра какое-то время простояла над радиоприёмником, потом, не разгибаясь, повернулась к нам и выдохнула колечко сизого дыма:
-Это бы не его провод!
-А чей?- глупо спросили мы с Манькой.

Ответить Каринка не успела. Да и как тут ответишь, когда в шаговой доступности от тебя крутятся две женщины с чутким слухом ночного хищника, умеющие в критической ситуации развивать скорость разъярённого леопарда?! Тут не то что ответить, тут даже следы преступления скрыть не успеешь!

Воооот.

В тот день мы получили по полной программе целых два раза. Сначала нам влетело за Электронику, а через пять минут – за покрывало, в котором взорвавшийся радиоприёмник прожёг вполне себе приличную дыру.

Потом Ба с мамой пошли запивать стресс валерьянкой, а мы сидели нахохлившись за Манькиним столом и обратно вели светские разговоры. Сошлись во мнении, что нам не очень-то и стыдно за содеянное. Мы ж хотели как лучше! Сберечь хотели блок питания на обратную дорогу. Кто же виноват, что провод в Электронику воткнулся, но почему-то взорвался? Это уже, вздыхали мы, аккуратно потрескивая зудящими Чебурашкиными ушами, вопрос не к нам, а к проводам. Видите ли, воткнуть в разъём их можно, а безнаказанно дальше жить нельзя!

Странные какие-то провода. Категорически неправильные!



...............................

Пысь: lamber дала ссылку на смешное. Вот: http://www.liveinternet.ru/users/780726/post131657330/
Копирую для вас:

"Котинька составила себе распорядок дня.
Я не могу восхищаться этим одна, я должна поделиться с ближними.

"1. ПРАСНУЦА.
2. ПАЗАВТРОКАТЬ.
3. ПАИГРАТЬ.
4. ПАСИТУАЦИИ"

по-моему, это для всех"

Лена подсказала вторую ссылку на этот текст: http://peggotty.livejournal.com/238915.html
Вывешиваю обе.


Tags: Манюня
Subscribe

  • (no subject)

    У гор своя несокрушимая правда. За той правдой ты и добираешься до них из-за тридевять земель. Карабкаешься, превозмогая усталость, на самую вершину,…

  • (no subject)

    У ереванского мая характер девицы, на которой отказались жениться. Потому ереванский май ежедневно выдаёт всю палитру капризов, на которую способна…

  • (no subject)

    — Смотри, смотри чего я налепила! — с разбега виснет на матери рыжеволосая девочка. Личико у неё кругленькое, розовое, переносица усыпана солнечным…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 305 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

  • (no subject)

    У гор своя несокрушимая правда. За той правдой ты и добираешься до них из-за тридевять земель. Карабкаешься, превозмогая усталость, на самую вершину,…

  • (no subject)

    У ереванского мая характер девицы, на которой отказались жениться. Потому ереванский май ежедневно выдаёт всю палитру капризов, на которую способна…

  • (no subject)

    — Смотри, смотри чего я налепила! — с разбега виснет на матери рыжеволосая девочка. Личико у неё кругленькое, розовое, переносица усыпана солнечным…