Дневник Наринэ (greenarine) wrote,
Дневник Наринэ
greenarine

Categories:
Из подслушанного.
На выставке Мунка. Одна прехорошенькая девушка другой, рассматривая «Крик»:
— Ван Гог вообще больной. Этот поздоровее будет.
Вторая, с надеждой:
— Не нравится — давай уйдём.
Первая, твёрдо:
— Нет, дадим ему шанс!
Ходят по залу, явно скучают, обсуждают своё, необременительно-девчачье.
— Передумала идти на юбилей отчима.
— Вдруг обидится?
— Да у него каждые пять лет юбилей! Надоел!
Замирают перед «Убийцей». Минута ошеломлённой тишины.
Наконец первая со вздохом выносит вердикт:
— Нет, этот тоже на всю голову больной.


Там же, дама преклонных лет, провожая колючим взглядом затянутую в узкое платье пышнотелую девушку:
— Всё-таки чувство стиля дано не каждому.
Муж дамы, чуть не свернув вслед девушке шею:
— Чувство стиля дано не каждому, зато чувство жопы дано всем!


Шереметьево, ночь, Кофемания. За соседним столиком сидят две женщины.
Первая, пригорюнившись:
— Месяц прошёл, а Митя всё не отойдёт от расставания.
Вторая вздыхает.
Первая шмыгает носом:
— Ничего. Зато теперь мой сын знает, что бывают хорошие девушки, а бывают разные.

О новой коллеге:
— Ты видела? У неё зубы цвета унитаза! Как, говоришь, её зовут? Венера? Ага, Венера в винирах.

Про знакомую, у которой завязались отношения с мужчиной значительно её старше:
— Зачем ей этот гладиатор?
— В смысле гладиатор?
— А что он в своём возрасте кроме погладить умеет?

— А помнишь как мы с тобой в Тверь съездили?
Фыркнули, расхохотались. Я не выдержала, вмешалась.
— Расскажите, пожалуйста, я тоже хочу знать!
Рассказывали охотно, перебивая друг друга:
— В 92-м купили первую машину — подержанный Фольксваген, поехали в техсервис, потерялись. Спросили у милиционера дорогу, тот махнул рукой в нужном направлении и велел ехать по трамвайным путям. Мы решили, что по ним и нужно, взгромоздились, зацепились глушителем за рельс, оторвали его. Застряли и парализовали движение трамваев в обоих направлениях! На следующий день, решив побороть страх, примотали раскуроченный глушитель и поехали в Тверь. Как назло, ударил сильный мороз. Инструкция на немецком, не разберёшь каким образом отопление включать. На все кнопки понажимали — толку ноль! Купили у придорожных бабушек тёплые рукавицы, носки и пуховые платки, натянули, обмотались по глаза. Вроде немного согрелись. Едем дальше. Инструкция, как вы помните, на немецком. Выключить магнитофон не смогли, переключить диск на другой — тоже. На реверсе всю дорогу крутилась песня «American boy». Так и слушали её 4 часа. Возненавидели на всю жизнь.
На исходе 4 часа сообразили, что заблудились. Метель, ветер, ни зги не видно. И тут из снежной мглы выезжает милицейская машина. Мы выскочили чуть ли не на ходу, перекрыли ей дорогу, растопырили руки, заорали страшным голосом: «Где Тверь!!!» Они так перепугались, что сопроводили нас до Твери и даже денег не взяли.
Объявили мой рейс. Прощалась с ними как с родными. До сих пор вспоминаю и даже скучаю.

Тучная женщина в самолёте. Отстёгивает ремень, передвигает держатель на узкое деление. Поймав мой взгляд, смущённо объясняет:
— Пусть думают, что в этом кресле сидел кто-то худой.
— Почему?
Пожимает плечом.
— Мне кажется, от этого будет легче всем. Мне — уж точно.


В салоне красоты женщина преклонных лет — парикмахеру:
— Решила сделать себе подтяжку. Хочу, чтобы меня красивой в гроб положили.
И смеётся.

Две школьницы, от силы пятнадцати лет, изучают витрину со сладостями ручной работы. Выбирают шоколад.
Одна, со вздохом:
— Зачем мы, дуры, не в тех влюбляемся?
Другая, флегматично:
— Потому что «тех» не существует.


Tags: О прекрасном, Я, мои девочки, спасибо
Subscribe
Comments for this post were disabled by the author