Дневник Наринэ (greenarine) wrote,
Дневник Наринэ
greenarine

Categories:

Неисполнимое

Проснуться в самую рань от всполошенного крика петухов — многоголосого, требовательного, бессмысленного.
— Так задницу рвут, словно если не крикнут — солнце не встанет, — каждый раз бухтит нани.
Улыбнуться, вспоминая её слова. Зарыться головой в подушку, лежать, вдыхая крахмальный аромат постельного белья.

Прислушаться к протяжному мычанию стада — оно бредёт, увеличиваясь от двора к двору, задевает боком деревянные частоколы, пахнет хлевом и молоком. «Ахчи Епиме, пусть моя земля будет на твоей голове, ты что, снова отстала?» — ругает рыжую корову пастух. Епиме хлопает длинными ресницами, вздыхает, прибавляет шагу. У неё на душе весна, хочется поклонения и сантиментов. У пастуха прострел и давление, какие тут могут быть сантименты?!

— Шмавон, ай Шмавон! — зовёт-надрывается соседка Анико. Шмавон самозабвенно рыхлит землю под яблонями. Солнце ещё не встало, а он уже успел переделать тысячу дел — натаскал из дождевых бочек воды и полил огород, насыпал корму птице, подоил и выпустил в стадо коз, заквасил мацун. Дорыхлит землю, польёт яблони, а потом на работу уйдёт. Анико неудачно упала, сломала ногу, вот её муж и отдувается за двоих.
— Если Шмавон взялся за лопату, то его только выстрелом можно остановить, — ржаво комментирует нани, сопровождая Анико в нужник.
— А чего это ты меня не позвала? — отрывается от работы Шмавон.
Анико многозначительно стучит пальцем по своему уху.
Тугоухий Шмавон виновато улыбается.

Днём неожиданно пойдёт дождь — робкий, апрельский. Выйти во двор, и, запрокинув голову, наблюдать, как струится сквозь солнечный свет ласковая небесная вода. Дышать — и не надышаться. Потом, спустя много лет, вспоминая тот день, повторять про себя бессмертное «глаза у рыб полны слезами». Глаза. У рыб. Полны. Слезами.

Пасха в этом году поздняя, потому к праздничному столу будет всё, что положено — много разной зелени, редис, первые огурцы с грядки, молодой сыр, прошлогодняя зрелая брынза в сушёных горных травах, пхали из шпината и красной фасоли, отдающее пахтой сливочное масло, несладкая выпечка, специальная каша из дзавара — кашика, домашний сыровяленый окорок, лаваш, красное вино. И отварная рыба — непременное для пасхального стола блюдо. На круглом подносе лежат горкой три десятка крашеных луковой шелухой яиц — дети будут лупить их на счастье. Победителю — монетка, проигравшему — тоже. Чтобы никому не было обидно.

Застать всех за праздничным столом. Сказать каждому важные слова. О том, что любишь и будешь любить всегда. О том, что не подведёшь. О сыне рассказать дедушкам. О книгах — бабушкам. О муже — нани, она его одобрит. Единственное, что утаить — ту острую боль, что испытываешь каждый раз, когда рассматриваешь их лица на фотографиях. И о страхе не долететь туда, где они сейчас — тоже смолчать.

У всех есть неисполнимые мечты. Моя о том, чтобы вернуться в прошлое. И прожить один свой взрослый день там, где все живы, все рядом.

https://soundcloud.com/narine-abgaryan/the-dining-rooms-tunnel
Tags: my music, Мои, Я
Subscribe

  • (no subject)

    У гор своя несокрушимая правда. За той правдой ты и добираешься до них из-за тридевять земель. Карабкаешься, превозмогая усталость, на самую вершину,…

  • (no subject)

    У ереванского мая характер девицы, на которой отказались жениться. Потому ереванский май ежедневно выдаёт всю палитру капризов, на которую способна…

  • (no subject)

    — Смотри, смотри чего я налепила! — с разбега виснет на матери рыжеволосая девочка. Личико у неё кругленькое, розовое, переносица усыпана солнечным…

Comments for this post were disabled by the author