May 4th, 2010

Манюня отдыхает в пионерлагере «Колагир» или о бедном вожатом замолвите слово. Ч. 4

На первое чаще всего давали невнятный суп с вермишелью, иногда – с вкраплениями пупырчатой куриной кожи. На второе - рис пополам с мусором или вусмерть разваренные макароны. Если к гарниру полагалось мясо, то приходилось его проглатывать, не разжёвывая – чтобы такое разжевать, нужно было как минимум иметь железобетонные челюсти.

Столовая представляла собой большое, душное помещение – невысокие окна были наглухо задраены, а несколько малюсеньких открытых форточек служили не для того, чтобы проветривать, а чтобы впускать сонмы вездесущих, невероятно наглых мух. Там и сям, возбуждая аппетит, висели гирлянды клейкой ленты с густым налётом насекомых. По столам бегали шустрые муравьи и другие мелкие жучки.

У повара тёти Лины были большие пушистые щёки и нос картошкой. Как только все рассаживались за столами, она выныривала из кухни, громогласно здоровалась, подставляла ухо нестройному детскому «Здрассссьти тётьлин» и отступала назад, в своё царство пылающих костров и кипящих котлов.
-Знаешь, на кого она похожа?- зашептала мне на ухо Манька, когда впервые увидела тётю Лину.
-На кого?
-На печку из мультика «Вовка в тридевятом царстве». Помнишь, какое у неё было лицо, когда она выплюнула подгоревшие пирожки?
И мы тихо захихикали, склонив головы так, чтобы вожатые не видели, что мы отвлекаемся от еды.Collapse )